В середине марта НКЦБФР впервые публично очертила три ключевых принципа будущего регулирования криптовалютного рынка в Украине. Это произошло в рамках экспертного диалога International IDEA, посвященного рискам использования криптоактивов для скрытого иностранного влияния на избирательные процессы.
Пока закон до сих пор не принят, регулятор формирует позицию. Советник НКЦБФР по правовым вопросам Вита Форсюк представила три направления: внедрение Travel Rule, стандарта CARF и ограничения для компаний с российским капиталом или связями с РФ.
Travel Rule — инициатива FATF (рекомендация 16): при каждой транзакции провайдеры обязаны передавать регулятору данные об отправителе и получателе. Фактически — то же, что банковский перевод, но для крипты. Порог срабатывания в большинстве стран — от $1 000.
То есть, анонимности между биржами больше не будет: данные об обеих сторонах сделки имеют сопровождать каждый перевод в реальном времени. Для пользователя это означает обязательную верификацию (KYC) на любой лицензированной платформе.
CARF (Crypto-Asset Reporting Framework ОЭСР) — аналог банковского стандарта CRS, но для криптоактивов. С 1 января 2026 года криптобиржи и провайдеры кошельков в 52 странах обязаны собирать данные о транзакциях пользователей и передавать их налоговым органам — первая отчетность ожидается в 2027 году.
Украина пока не в этом списке, но НКЦБФР ориентируется именно на этот стандарт. Под действие CARF попадут биржи, брокеры, кастодиальные провайдеры и частично DeFi-платформы. Стейблкоины и некоторые NFT — также в периметре, CBDC — нет.
«По итогам мероприятия планируется подготовка аналитических рекомендаций по усилению прозрачности политического финансирования накануне будущих избирательных циклов», — говорится в сообщении НКЦБФР.
Санкционный блок — наиболее специфический для Украины. Компании и физические лица, связанные с Россией — через капитал, бенефициаров или юрисдикцию регистрации — не получат доступа к украинскому крипторынку. Это означает запрет на получение лицензий, открытие счетов и проведение операций с украинскими провайдерами.
Под ограничения попадут и те структуры, где доля российского капитала превышает определенный порог — аналогично уже существующим ограничениям в банковской системе. Форсюк отдельно отметила риск использование крипты для обхода санкций: псевдоанонимный и трансграничный характер цифровых активов делает их удобным инструментом скрытого финансирования. Опыт Молдовы и Румынии, рассмотренный на форуме, показал: без четких правил крипта становится каналом иностранного влияния на избирательные процессы.
Для рядового пользователя все три пункта означают одно: анонимные операции между платформами станут невозможными. Все транзакции будут фиксироваться, данные будут передаваться в налоговую.
Относительно самого закона — законопроект №10225-д прошел первое чтение 3 сентября 2025 года (246 голосов «за»). Основным регулятором рынка должен быть стать НКЦБФР, вспомогательным — НБУ (Forbes) — после того, как в январе 2026 года произошло обновление руководства комиссии.
«Сейчас очень интенсивно работает рабочая группа, планируем в марте уже вынести законопроект по криптовалюте на второе чтение», — заявлял Гетманцев ранее в 2026-м.
По оценкам Гетманцева, легализация крипты принесет госбюджету 14-15 млрд грн ежегодно. Напоминаем, что Украина входит в топ-6 стран мира по уровню проникновения крипты и генерирует 2,5% мирового крипто-трафика.
https://itc.ua/articles/chto-yzmenyt-zakonoproekt-o-kryptovalyutah-glavnye-momenty-y-yh-znachenye-dlya-ukrayntsev/
Источник: Idea.int
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: